Пусть не изменится времени ход, Но часто паденьем становится взлёт…

Внимание!

Проект "Образ будущего - новая идеология" открыт 4 декабря 2017 года.

Эта страница уже устарела. 

Для просмотра нового сайта перейдите на проект "Образ будущего - новая идеология".




http://nasa-istoria.blagorussia.ru/biografii/gabrielov-konstantin-anatolevic

Пусть не изменится времени ход,

Но часто паденьем становится взлёт…

(А. Макаревич)

Печально, но факт – в семидесятые годы 20 века, уже стало ясно, что переход на следующий виток эволюции не состоялся. Не то, что выдрессировать, но хотя бы в полной мере осознать в себе косматое животное у нас как-то не получилось. Человеческими действиями как управляли, так и продолжают управлять «неосознаваемые влияния» и «неявные представления».

Неудивительно, что эти качества «неосознанности» и «неявности», в последовавшее за духовным подъёмом время, всё глубже погружают землян в болото разочарования и смыслопотери. А при потере смысла жизни и речи не может идти ни о каком «Росте по Вертикали». Как говорил один из древних мудрецов – «Если моряки не знают куда им плыть, то ни один ветер не будет для них попутным.» Так, потеряв желание искать смысл своей жизни, человек просто не знает – куда ему надо расти, да и зачем собственно?..

В литературе этот процесс погружения в серую муть, был отражен целым рядом произведений написанных в семидесятые-восьмидесятые под знаком разочарования. «Элегантную экзотику воображения» сменил естественный спад, наступающий как правило через 10-20 лет после взрыва бурной массовой активности. Мы видим романы-разочарования, горькие стёбы и антиутопии. В этом же ряду целая череда западных романов и фильмов, в которых единственный честный герой погибает, перемолотый животной силой окружающей его подлости.

В девяностые, впрочем, почти исчезла даже эта разочарованность, - ведь стёб, как жесткая сатира существует не сам по себе, а как нервный импульс сигнализирующий о повреждённой ткани организма. К девяностым актуальность этого сигнала отпала. Не потому разумеется, что «пораженное место» было вылечено, а совершенно наоборот – болезнь так разрослась, что надежды на её излечение тихо угасли.

Тон мира переменился на «Не оплошать бы - бог просит шайбы!», и люди не лишенные способностей, более или менее удачно прогнулись под его вкусы. «Пишущие шудры», оттеснив в сторону «благородных кшатриев» и «мудрых брахманов», начали себе потихонечку зарабатывать деньги. Впрочем, не начали, а продолжили в лучших традициях Дамских, Рыцарских, Авантюрных и пр. романов, «обогащающих личный опыт читателя» чувствованиями чувств, памятью о скорости пульса героини, частоте дыхания героя и прочих подробностях героической физиологии. 

Гитара в красном углу – была как икона, 

А стала лопатой для гребли в зелёной волне

… Стало очень востребованным целое литературное направление – так называемая «эскапистская литература» (от слова эскапада, то есть бегство). Чтиво, дающее возможность удрать от безнадёжно-постылой действительности в яркую и красочную выдуманную реальность. А «Слушать чужие стихи соглашается сегодня только тот, кто по их окончании надеется прочесть свои…».

Конечно остались честные и глубокие авторы. Но будучи в обидном меньшинстве, тон жизни они задать уже никак не могли, как не могут и сегодня. «масса Человечности» в литературе стала всё дальше и дальше удаляться от «критической».

В общественном сознании происходит тоже самое – энергоспад и разочарованность.

На западе - движение хиппи выродилось в бизнес, наркоманию и алкоголизм. Стилизованные молодые особи пришедшие на смену первым хиппи, отличались от них примерно как шимпанзе от Сократа. Подражали-то старательно, только вот не пытались даже осознать – а чему они собственно подражают. Как-то я спросил своего друга – «Куда подевались первые хиппи?» Он ответил: - «Их украли инопланетяне. Почему украли? Да потому, что купить их невозможно!..» А в самом деле – куда же они подевались?.. А в граде Ауровиле, к концу 80-тых, появилась полиция - со всеми, стало быть отсюда вытекающими…

В стране победившего марксизма социальная разочарованность вылилась во всё возрастающей апатии. Наш народ - великий терпеливец – и так-то никогда не отличался особой социальной активностью, а уж когда коммунистическая восторженность себя дискредитировала, на смену ей пришла полная пустота. Глуповцы забились в берлоги-кухни и начали потихоньку сосать лапу своего недовольства - жизнью, правительством, тёщей и вообще всем. И может быть от сознания дезориентированности и бессилия, народное творчество приняло форму жесткого сарказма - «Косточки в ряд, звёздочки в ряд – трамвай переехал отряд октябрят». - Таким стал советский фольклор к 80-м… Вместе с издёвкой над коллективизмом, здесь присутствует и полное игнорирование каких бы то ни было человеческих ценностей. Вот так и пришла наконец-то гибель марксистского паразита - он погиб вместе с идеей на которой паразитировал…

Не хочу продлять список наших «обломов» - это пустое занятие. Те, чей разум «чист как лысина мертвеца», до этого момента просто не дочитали (для них здесь «слишком много букыф»), те же, кто «понимает, что такое жизнь» - и без меня отлично знают насколько понизились частотные характеристики наших идеалов. Прав был Ф. М. Достоевский – «Стоит только дать человеку право на бесчестье, - как оно будет незамедлительно воплощено».

Тон этого мира откатился к материальному формату. Снова – в который уже раз - произошла реализация желаний шудры, нравственный вектор пошёл вниз и мир пришел к триумфу «маленького человека» - человека с набором мышиных качеств.

. . .

Мы бездарно затормозили на расстоянии вытянутой руки, всего в полушаге от права называть себя полноценным Человеком. Человеком у которого достаточно ума и совести, чтобы осознать животное в себе. Человеком, не боящимся смотреть в звериные глаза своей души и осознавшим необходимость с этой хищной и хитрой сущностью в себе справляться.

Одним словом - Человеком, который ценит и развивает в себе не Видовые, а Эволюционные качества.

 Предыдущая страница ОглавлениеСледующая страница